Зевс отчаянно рыпался. Синие молнии засверкали на его руках, перебросившись на Одина. Это дало Зевсу немного времени. Он дернулся, увеличил между ними расстояние и, тяжело вздохнув, поднял взгляд на Одина.
— Зачем вы так?
— Зачем? — Один посмотрел на него спокойно.
В его единственном глазу горело яркое пламя. Зевс вздрогнул. Он понял, что тело Одина увеличилось в десятки раз. У него сложилось впечатление, будто он столкнулся с самим Творцом, с одним из Титанов. По спине пробежал холодок.
«Один... всегда был настолько силен?» — подумал Зевс, побледнев.
Он слышал, что очень давно Один в одиночку сражался с дьявольским властителем, но он и подумать не мог, что он окажется настолько силен.
— Агрх... — Зевс прикусил губу, осознавая всю мощь своего противника.
Он задействовал всю свою Божественность, но давление не пропало.
«Так вот что называют Божественностью наивысшего уровня?»
Зевс не мог поверить в происходящее. Он несколько раз видел, как сражается Гея, но он ни разу не ощущал ту же мощь в ее силах. Но это было понятно. Хотя они и имели одинаковое количество Божественности, между ними всегда была разница. Даже если Боги находились на одинаковом уровне Божественности, кто-то из них всегда был сильнее или слабее.
Зевс сглотнул и встретился со взглядом Одина. Он смотрел на него своим единственным голубым глазом.
— И ты смеешь спрашивать меня, почему я так поступаю? — сиплым голосом спросил он.
Зевс слегка кивнул.
— Матушка и сама знает, что поторопилась с таким решением. Но разве вы не понимаете, что это необходимо?
Один молчал.
— Если существа, наделенные Божественностью, попадут в материальный мир, то начнется хаос...
— И поэтому нужно было так поступать?
— Да, я же вам говорю.
Внезапно поднялся ветер и окружил тело Зевса, откинув его далеко назад.
— А-а-а!
— Необходимо, говоришь?
С каждым шагом Одина дворец трясся все сильнее.
— Убийство Тора... смерть моего дитя от ее рук! Это было необходимо?! — его крик звучал как раскат грома.
Ветер взорвался, словно бомба. По стенам дворца пошли трещины, и он начал рушиться.
— Тор? — Зевс удивленно посмотрел на Одина.
Гея убила Тора? Что за бред?
— Господин Один, подо...
— Заткнись! Как ты смеешь разевать свой поганый рот?!
Один топнул ногой по земле. Все вокруг затряслось, а по полу пошли трещины. Сильный ветер задул с новой силой, вновь сдавливая тело Зевса.
— Я хотел мира... — выдавил Один.
На самом деле, Гея и Один видели мир по-разному. Он хотел, чтобы мир полностью подчинился Богам, хотел вернуть им уважение и веру, о которых глупые люди забыли. И первым делом для этого ему было необходимо объединиться с Олимпом.
«Но эта глупая девчонка...»
Пока люди существуют, мира, которого он желал, не добиться, и тысячелетняя история тому доказательство. Люди подвержены желаниям, гневу, зависти и злости. А все потому что, в отличие от Богов, они не идеальны. Можно сказать, бракованный товар. И чтобы избавиться от брака, Богам нужно сплотиться.
— Я хотел объединиться с вами ради того, чтобы остановить демона из пророчества.
Это единственный способ остановить конец. Именно поэтому Один первым делом направил Тора к подопечному Геи, чтобы прийти к мирному соглашению. Он собирался сделать ей предложение, от которого она просто не смогла бы отказаться.
— Но Гея ударила по протянутой мною руке. Она убила Тора.
Нет, она не просто убила его, она еще и посмеялась над Одином, отправив ему голову сына.
— Хочешь поговорить? Ха... — усмехнулся он.
Он начал идти, вперив в Зевса суровый взгляд.
— Вы первые... отказались говорить, — он медленно поднял руку. — Иди сюда, — хрипло позвал он, и пол начал взрываться.
Один протянул руку, и появившееся в воздухе копье подлетело к нему. Он обхватил его и тихо произнес:
— Гунгнир.
Вновь раздался взрыв. И без того разрушающийся дворец стал осыпаться. Стена рухнула, и Зевс увидел выстроившихся в ряд и жаждущих мести Богов Асгарда. Нет, не только их, там был даже японский Бог Сусаноо и Боги из индийской и египетской мифологии. В Асгарде собрались все те, кто недолюбливал Гею.
— А... — Зевс, не в состоянии закрыть рот, побледнел.
Один высоко поднял Гунгнир.
— Это начало Рагнарёк!
Начало войны между Богами.
***
— То есть, вы отправили Зевса к Одину? — спросил Кан У серьезным тоном.
Гея ответила бормоча, будто оправдываясь:
— Я много об этом думала, прежде чем принять решение. Один не такой уж и глупый, нам стоит попытаться поговорить с ним, прежде чем развязывать войну, которая затронет абсолютно всех.
Кан У молчал.
— Один знает, что такое честь. Даже если он не захочет говорить, то убивать Зевса все равно не станет. Поэтому...
— Да, я и сам подумал, что мы немного поторопились, — Кан У, выслушав ее, с пониманием кивнул.
— Правда? — переспросила Гея, обрадовавшись.
Она вела себя слишком унизительно, даже учитывая, что перед ней стоял ее подопечный. Конечно, часть проблемы заключалась в ее характере, но более важным было поведение Кан У. Для Геи он больше не был обычным подопечным, он был сильнее даже самого Зевса. Бог Великолепия - один из тех, кого можно назвать надеждой Земли в преддверии конца. Именно поэтому Гее хотелось избегать с ним серьезных разногласий.
— Это же ваше решение, а я, как подопечный, лишь следую за вами, — ответил Кан У и широко улыбнулся.
Гея просияла.
— Но что-то мне неспокойно, — продолжил Кан У. — Что если Один не захочет...
— Не переживай. Один какое-то время сражался с дьявольским властителем, чтобы защитить мир. Он поймет, что такое решение было необходимо.
Кан У спокойно кивнул, а затем с улыбкой продолжил:
— Надеюсь, до него дойдут ваши слова.
— Мое дитя...
Гея была тронута, а на ее глазах проступили слезы. Она не думала, что Кан У последует за ней после того, как она приняла решение, не обсудив его с ним.
«Хотя бы ради того, чтобы ожидания Кан У оправдались... пожалуйста, сделай так, чтобы в этот раз все прошло хорошо. Ты же не откажешь мне в разговоре?»
Олимпу нужно прийти к мирному соглашению с Одином, обсудить все возможные варианты и сделать так, чтобы между Богами не развязалась война.
— Не переживайте слишком сильно, Гея, - Кан У подошел к ней, осторожно обхватил ее ладонь и тепло произнес: — Один тоже поймет ваши добрые намерения.
Гея молчала.
— Нет никого другого, кто бы хотел защитить мир сильнее, чем вы.
— Не говори так... — она помотала головой и покрепче сжала руки Кан У. — Потому что ради спасения мира ты делаешь куда больше, чем я. Нет, не только ты, Лейла, Си Хун, все остальные... вы отдаетесь делу больше, чем я могла даже подумать. Без вас мир уже как несколько лет был бы уничтожен.
Неизвестно когда придет время демона из пророчества. Подумав о этом, на глазах Геи снова появились слезы.
— Спасибо. Правда... спасибо, дитя мое.
Кан У тепло улыбнулся. Гея чувствовала искренность парня через его немого дрожащие руки.
— Благородные поступки, как правило, приводят к хорошему концу. Так что Один должен услышать вас.
В итоге Гея не смогла сдержать своих чувств и заплакала.
В этот момент дверь с грохотом отворилась, и в комнату вбежал Уран. Лицо его было белым как снег, а дыхание сбившимся.
— Что случилось? — спросила Гея, нахмурившись.
— Ге... Гея... — Уран задрожал, не в состоянии продолжить.
— Уран, в чем дело?! — Гея повысила голос.
Кан У еще никогда не видел ее настолько взволнованной. Уран закрыл глаза.
— Геракл сейчас кое-что получил... — сказал Уран и протянул Гее коробку.
Та сглотнула. От коробки исходил слабый запах крови. Ее охватил ужас, а воображение тут же разыгралось.
— Нет... — она помотала головой. — Такого не может быть, не может...
Она постаралась избавиться от страшных мыслей, но она и сама уже предполагала, что находится внутри этой коробки.
— Такого не может быть, — Гея прикусила губу. Она дрожащими руками подняла крышку. — А...
Внутри лежала голова Зевса с выпученными глазами. У него на лбу были выцарапаны строчки: «Гея. Настало время поплатиться за принятое решение».
— А-а-а! — завопила она и зарыдала.
Она, отказываясь верить в происходящее, закрыла лицо руками и опустилась на пол.
— Мое дитя... Мое дитя-я-я! — из ее глаз полились прозрачные слезы.
Она прижала к груди голову Зевса и задрожала.
— Черт!
Находившийся рядом Кан У несколько раз ударил по столу и тот раскололся на две части. Парень дрожащим взглядом посмотрел на голову Зевса, которую продолжала обнимать Гея.
— Почему... почему это произошло... — отчаянно стонала Гея
— Гея, — Кан У положил руку ей на плечо. — Это говорит о том, что Один с самого начала не был настроен на сохранение мира. Иначе он бы не стал убивать Зевса.
Кан У прикусил губу. Смотря на рыдающую Гею, у него на сердце стало тяжело. В груди застонало, и ему показалось, что сердце готово взорваться. В итоге из его глаз тоже потекли слезы.
— Он не услышал ваших слов. Один не внял словам Богини и раздавил ее искреннее желание защитить мир.
— Гея, — обратился Кан У к плачущей Богине. — Вы собираетесь просто продолжать сидеть?
Он покрепче сжал руку, положенную ей на плечо, а следом с силой в голосе произнес:
— Вам нужно встать. Сделайте это хотя бы ради Зевса, умершего от рук Одина. Или же ради мира, который мы с вами защитим от зла. Вставайте. Вставайте, даже если тяжело.