Седьмое апреля 2097 года, поздний вечер после церемонии поступления в школах магии. Тацуя посетил штаб-квартиру Отдельного магически оборудованного батальона.
Прошлой ночью он получил звонок. Несмотря на то, что Тацуя открыто выказывал свои жалобы на по-настоящему плотный график, выглядящий безумным, когда Фудзибаяси с экрана монитора сказала, что есть важный разговор, который нельзя передавать по телефонной линии, ему пришлось отправиться туда. Вернувшись домой с церемонии поступления, Тацуя сразу же отправился в Касумигауру на своем любимом электробайке.
База Касумигауры была охвачена атмосферой занятости. Несмотря на позднее время, люди и транспортные средства приходили и уходили.
Даже в обычно немноголюдном штабе Отдельного магически оборудованного батальона, по дороге к кабинету командира он встретил несколько офицеров и солдат. В дополнение к этому Тацуя чувствовал, что люди активно перемещаются по этому зданию. Как будто идёт подготовка к выдвижению.
"Нет, тут явно не «как будто»", — подумал Тацуя перед тем, как попросить разрешения войти в кабинет командира.
— Прошу, входите.
"Не «входи», а «прошу, входите»?"
Тут могла быть лишь другая формулировка, не имеющая глубокого смысла. Однако по какой-то причине Тацуя был обеспокоен этой незначительной разницей.
— Прошу прощения.
Тацуя временно спрятал это чувство неизвестности, и прошёл вперёд к Казаме.
— Извини, что в такое время и так срочно. Однако, учитывая важность этого дела, я счёл необходимым объяснить всё лично.
— Объяснить?
— Да. Прежде всего, прошу. — Казама указал на выдвинутый из состояния хранения диван.
Тацуя без колебаний сел на край трёхместного дивана. Казама встал, обойдя вокруг стола, подошёл к Тацуе и сел напротив него.
— Наш батальон, — Без какого-либо вступления, Казама тут же перешёл к главной теме. — Завтра утром выступает на Хоккайдо.
"Впечатление подготовки к выступлению не было ошибкой", — подумал Тацуя, но воздержался от перебивания речи Казамы.
— Мы — передовая группа. В зависимости от ситуации, могут быть отправлены все войска бригады.
Но услышав о такой неминуемой ситуации, он уже не мог хранить молчание. Кроме того, он подумал, что ничего не сказать будет неуместно.
— Это означает, что есть признаки вторжения?
— Верно.
— Вы думаете, что случай в Садо был диверсией?
Под случаем в Садо подразумевалось ранение Итидзё Гоки в ловушке на подозрительном корабле.
— Правильно. Мы считаем, что на этот раз целью Нового Советского Союза является вторжение на Хоккайдо.
— Мы?
— Как ты и подумал, это мнение командующей Саэки.
"В самом деле", — согласился Тацуя в уме.
"Прогнозы штаба относительно цели противника наверняка разделились между Хокурику и Хоккайдо. За Хокурику до сих пор большинство? Вот почему приказ выдвигаться в качестве поддержки был выдан не дивизии Тохоку, а бригаде 1-0-1 с её сильным мобильным отрядом", — понял Тацуя.
— В этой ситуации мы на некоторое время потеряем контакт с тобой. Если произойдет ситуация, подобная инциденту Йокогамы, то помочь будет трудно.
— Вас понял.
Действительно, если случится нечто вроде того, что произошло 2 года назад, без помощи Казамы это будет очень болезненно. Тацуя тоже был с этим согласен.
Но Казама бы не вызвал Тацую, только чтобы предупредить об этом. Тацуя понял это и ожидал следующих слов.
— Кроме того, в зависимости от смены ситуации, может возникнуть вероятность, что мы попросим твоего сотрудничества.
В словах "может возникнуть вероятность" Тацуя почувствовал некую неестественность.
— Вы предлагаете мне поехать на Хоккайдо?
— Нет, я говорю о случае, когда мы попросим предоставить твою силу отсюда.
На этой фразе он осознал причину, почему Казама говорит с такой осторожностью.
— Вы о "Взрыве материи"?
— Не только о "Взрыве материи". Командующая Саэки учла возможность прикрывающей атаки сверхдальней магией с помощью Третьего Глаза.
— Понял.
Это "понял" означало "осознание", а не "согласие". Тацуя не получит помощь батальона. Батальон использует силу Тацуи. Вот что получается, если упростить и обобщить сказанное Казамой. В принципе, такова изначальная суть армии. Однако, сейчас они были не в том положении.
— Поскольку я также являюсь членом Отдельного магически оборудованного батальона, то я буду действовать, если получу приказ.
Тацуя встал и отдал честь Казаме.
Его слова не были ложью. Однако была пропущена фраза "в данный момент". Казама, не вставая, кивнул Тацуе. В лице смотрящего на Тацую снизу Казамы было видно, что он понимает пропущенную фразу.
Во время встречи Казамы и Тацуи, они были не вдвоем. Позади Казамы всё время разговора стояла помощник командира Фудзибаяси, не проронив ни слова. Проводив уходящего Тацую взглядом, Фудзибаяси неуверенно заговорила только тогда, когда дверь полностью закрылась, и уже не было риска быть услышанной.
— ...Командир, может, стоило объяснить ситуацию Тацуе-куну? Теперь он, возможно, чувствует к нам недоверие.
— Имеешь в виду, что мы предали Тацую?
Такой радикальный подход Казамы напугал Фудзибаяси. Но она не замолчала.
— Не думаю, что предали, но, возможно, он чувствует, что может быть брошен.
— Брошен? В общем, ты права.
— Командир...
В голосе Фудзибаяси были некие нотки упрёка, ведь она считала, что это необдуманное замечание не окажется верным.
— Извини. — Хотя их больше никто не слышал, Казама тоже подумал, что это было неуместно. Поэтому он и извинился. — Однако, это изначально задуманная дистанция между армией и Десятью Главными Кланами. Несмотря на возвращение Тацуи в основные ряды семьи Йоцуба, наши с ним отношения не изменились.
— Не думаю, что тут есть какие-то неудобства. Он — чрезвычайно ценная военная сила.
— Волшебник Стратегического класса, которых в Японии всего двое, а во всем мире, по приблизительным оценкам, около пятидесяти. Разумеется, его сила незаменима для защиты Японии. Вот почему нам нужно держать дополнительное расстояние.
Слова Казамы не убедили Фудзибаяси. Это было видно из её поведения. Однако она не первая заговорила с ним об этом. Санада, Янаги и Яманака уже обращались к нему с похожими вопросами.
— Мы слишком сблизились с Тацуей. Во время недавней операции на Окинаве вредное влияние было очевидно. Так как мы слишком близки, мы слишком полагаемся на силу Тацуи, которая должна быть нашим джокером. Если бы его там не было, мы бы не смогли бы так легко найти вражеские основные силы и обезвредить агентов.
— ...И поэтому мы не должны придерживаться дружеских отношений с Тацуей-куном?
— Это было нормально, пока к Тацуе прохладно относились в Йоцубе. Но поскольку семья Йоцуба признала Тацую своей основной силой, мы не смогли игнорировать возможность "отделиться" от Тацуи. Когда интересы семьи Йоцуба и армии будут конфликтовать, скажи мне, выберет ли Тацуя армию?
— ...Даже Йоцуба не сможет обойтись без государственной защиты. Тацуя-кун понимает это. Я не думаю, что он выберет путь противостояния государству.
— Если интересы государства и армии будут, как обычно, совпадать.
Фудзибаяси поняла, что её рассуждения были лишь подменой понятий. Поэтому, когда ей на это указали, желание возражать пропало.
— Возьмём, к примеру, упреждающий удар магией Стратегического класса. В интересах армии это, несомненно, может быть сделано. Но это не обязательно будет в интересах государства. Взрыв материи — это оружие с абсолютным превосходством не только в его силе, но также в скорости и дальности, однако, уничтожая вражеские войска, мы только ухудшаем обстановку вокруг нашей страны.
Это возможно не только в теории. Например, в Южной Америке, несмотря на то, что бразильская армия одержала победу над армиями всех окружающих стран, но даже сейчас, когда все государства, кроме Бразилии, распались, она не может избежать постоянных региональных конфликтов. Вот почему говорится, что захлестнувшая когда-то весь мир война, в Южной Америке не закончилась до сих пор.
— Самое страшное в том, что с углублением нашей дружбы с Тацуей, армейское руководство всё больше питает иллюзии, что "Взрыв материи" можно использовать в любое время. С использованием "Синхро-линейного синтеза", психологические барьеры, сдерживающие задействование магии Стратегического класса, стали ещё слабее. Если мы не будем держать дистанцию от Тацуи, то обязательно появятся те, кто захочет использовать Взрыв материи.
Казама говорил тоном, напоминавшим преподавателя, объясняющего ученикам.
— ...Но разве мы не должны хотя бы сообщить Тацуе-куну свои реальные намерения?
Это было единственное, чем Фудзибаяси могла возразить, ведь у Казамы было такое же беспокойство о реальных намерениях.
— Чтобы вызвать у Тацуи недоверие к армии? Я думаю, хорошая идея, что лучше взять это на себя, чем давать плохое впечатление обо всей армии в целом.
Разговор закончился на том же самом месте, что и подобные ему, произошедшие в течение нескольких последних дней.
◊ ◊ ◊
В то же время, когда Тацуя посещал штаб Отдельного магически оборудованного батальона, Кацуто вёл приватный разговор с Саэгусой Томоказу. Местом встречи был выбран элитный ресторан в центре Токио. Это было заведение, часто используемое крупными политиками и бизнесменами, но правильно сидящий на татами в комнате Кацуто совершенно не чувствовал неуместность. Он прождал за столиком из чёрного дерева всего одну минуту. После чего появился Томоказу.
— Извиняюсь, что заставил ждать. — Сказал Томоказу, поклонившись, и сел напротив Кацуто. Казалось, что ему неудобно, похоже, в отличие от Кацуто он был непривычен к формальному сидению на полу.
— Прошу, расслабьте ноги и сидите, как удобно. — Тут же сказал Кацуто.
— Спасибо. Тогда, я воспользуюсь вашим предложением...
Томоказу встал с коленей и сел, скрестив ноги. Сам Кацуто остался в формальной позе на коленях. Из-за изначальной разницы в телосложении, фигура Кацуто возвышалась над Томоказу. Однако, ни Кацуто, ни Томоказу не показывали, что их это беспокоит.
Немного обменявшись обыденными фразами и освежившись безалкогольными напитками, оба сразу перешли в режим обсуждения. Начавшим был Кацуто.
— Саэгуса-сан. Я слышал от вашей младшей сестры, что вы хотите со мной что-то обсудить.
— Действительно. Давайте перейдём к делу. Дзюмондзи-сан, как вы думаете, как нам бороться с нынешней нарастающей волной враждебности к волшебникам?
Кацуто выразил удивление этой деликатной формулировкой Томоказу, слегка приподняв брови.
— Не просто что я думаю по этому поводу, а как я думаю с этим бороться? Другими словами, Саэгуса-сан, вы считаете, что нужно активно бороться с антимагическим движением?
— Верно. — Томоказу прямо признал это, не отрицая и не увиливая. Можно сказать, в этой области он был не очень похож на своего отца Коити. — Когда будет нанесён определённый урон, мы потеряем позицию и уже не сможем догнать.
— Вы имеете в виду, что если закрывать глаза на агрессивную пропаганду против волшебников, то могут случиться непоправимые вещи? Какой, в частности, кризис, вы думаете, может произойти?
— Я боюсь, что, помимо терактов, превосходящих тот, что произошел в Хаконе, могут начаться похищения и убийства детей, которые ещё не овладели магией.
— Думаете, не являющиеся волшебниками люди также будут втянуты в волны преступлений?
— Да. — Подтвердил Томоказу и снова задал тот же вопрос Кацуто. — Что нам делать, чтобы избежать этого?
— ...Я не могу так сразу сообразить. Нет, я не думаю, что смогу придумать хорошую контрмеру в одиночку, даже взяв время на обдумывание. — Честно, без притворства, признался Кацуто. Это было ожидаемо, учитывая его характер.
— На самом деле, я тоже не могу ничего придумать. — Однако то, что Томоказу сдался так быстро и легко, даже для Кацуто, немного знающего темперамент Саэгусы Томоказу, было довольно неожиданным. — В одиночку будет слишком тяжело разработать контрмеры. Даже если придумать хорошую идею, невозможно будет осуществить её силами одной семьи.
— ...Действительно, раздельно бороться с нынешним антимагическим движением мы не сможем.
Томоказу показал облегчение на лице, услышав согласие Кацуто.
"Это не актёрская игра. В таких вещах он не так силён, как его отец Коити, поэтому, в отличие от Коити, ему можно доверять", — подумал Кацуто.
— Я думаю, что для решения этой проблемы мы должны собрать вместе не только Десять Главных Кланов, но также большинство остальных волшебников, и объединить усилия в ответных мерах.
— Саэгуса-сан считает, что мы должны организовать общее собрание японской Магической Ассоциации?
— Нет. — Томоказу покачал головой на вопрос Кацуто. — Даже если мы внезапно соберём большую толпу, мы не сможем прийти к выводам за пределами общей теории. К тому же, даже если собрать людей уровня глав семей, то невозможно будет вести плодотворную дискуссию, без знания намерений друг друга.
— Вот, значит, о чём вы? Думаю, если не будут участвовать люди, представляющие точку зрения каждой из семей, то вероятность закончить обсуждение с простой идеей будет выше.
В ответ на рассуждения Кацуто, Томоказу сильно кивнул, показывая что-то вроде "Я так и думал".
— Поэтому, я думаю, как насчет того, чтобы собрать не глав семей или людей их возраста, а молодежь возраста объявленных наследников? Начиная, прежде всего с "28 домов", как насчет увеличения участников, подключив "Числа" из Ста семей?
"Неплохая идея", — подумал Кацуто.
С позиции главы семьи Кацуто понимал, как изменился его стиль мышления. Он осознавал, что теперь он сначала думает не об оптимальности и наилучшем исходе, а о том, возможна ли вообще реализация. Проще говоря, его гибкость мышления ухудшилась.
Мышление идеалиста может полностью проигнорировать возможность осуществления, из-за чего повысится риск запутать ситуацию. Поэтому, если собрать прямых потомков главных линий семей, которые, будучи не ограниченными в мышлении главами своих семей, будут в состоянии не отвлекаться на возможность осуществления, то объединив свои умы, они, возможно, смогут дать конструктивные предложения для Конференции Главных Кланов. Хоть идея была неплохой, в то же время она казалась слишком расплывчатой.
— Если говорится о следующих главах семей, то я не подхожу под это требование.
Томоказу сильно удивился этим словам.
— Нет, поскольку Дзюмондзи-сан молод, а если сутью является сбор именно молодых людей...
— Значит, вы определяете приемлемость участия по возрасту? Тогда, ниже какого возраста вы планируете установить ограничение? Конечно, Саэгуса-сан подходит под требования, не так ли?
— Д-да. Действительно... Например, будем брать тех, кто младше 30 лет?
— Если до 30 лет, то, например, Муцузука-доно имеет право участвовать, а Яцусиро-доно уже не попадает в список?
Обливаясь холодным потом, Томоказу как-то смог собраться с мыслями.
— Где-то же должно быть ограничение? У Яцусиро-доно есть в ближайших помощниках младший брат-сан, так что, думаю, проблем не будет.
— Я считаю, что, безусловно, ограничение необходимо.
Кацуто кивнул с серьёзным лицом. Но этот ответ не помог Томоказу снять напряжение.
— Я понял. Я помогу вам, чем смогу.
Однако, услышав продолжение, Томоказу мгновенно расслабился.
◊ ◊ ◊
На следующий день после церемонии поступления в Первой школе было, в целом, спокойно, но иногда можно было увидеть озадаченных незнанием местных порядков новичков.
Было бы ложью сказать, что его не волновали пронзающие взгляды новых первоклассников, пришедших на обзорное занятие, ведь два года назад он сам был в таком положении. Думая об этом, Тацуя сохранял самоконтроль. Говоря о волнении, оно было лишь на время ожидания практического эксперимента, и оно естественным образом исчезнет, когда придёт его очередь.
Пошёл уже второй год с момента основания Факультета магической инженерии, на котором числился Тацуя. В прошлом году учителя не были назначены до последнего момента, а учебный план не был полностью утверждён. Поэтому у прошлогодних первоклассников в период обзора классов (экскурсии) не проводилось ни одного занятия. Хоть в этом году и впервые встречали посетителей таким образом..., но даже Тацуя не ожидал, что соберётся так много новичков.
Первая школа магии — это школа, изначально в хорошем балансе собирающая кандидатов в волшебники и в магические инженеры. Было простым совпадением, что в поколении Маюми оказалось так мало кандидатов в магические инженеры. Однако, "хороший баланс" в данном случае означает "не критическое число с точки зрения общего соотношения", ведь количество магических инженеров в общем количестве людей, обладающих магическими способностями меньше, чем волшебников, считающихся "не магическими инженерами".
Даже пришедшие для ознакомления первоклассники не все стремились стать магическими инженерами. Тем не менее, тот факт, что Факультет магической инженерии привлёк такое внимание, несомненно, по большей части, был из-за влияния проведённого в прошлом году эксперимента "Звёздный реактор".
Размышляя об этом, Тацуя дождался своей очереди. Задачей этого практического занятия было создание оловянного шара правильной формы с помощью заранее сконструированной последовательности магии, не меняя её во время выполнения. Это упражнение по созданию последовательности магии, охватывающей все процессы от начала до конца.
Вот последовательность создания формы шара. Расплавить олово, нейтрализовать гравитацию, и с помощью поверхностного натяжения форма шара образуется сама собой. Не искажая полученную шарообразную форму жидкого олова, охладить его до затвердевания. Готово.
Однако гравитация, которую нужно нейтрализовать — это не только земное тяготение. Хотя гравитацию, исходящую от массы экспериментатора и наблюдателей можно не учитывать, но нельзя игнорировать притяжение Солнца и Луны.
Поскольку после полной блокировки притяжения Земли, шар перестает участвовать во вращательном движении, то мы также должны корректировать этот момент, поддерживая относительный сдвиг во вращении вокруг Земли.
Также, чтобы предотвратить искажение формы воздушными потоками и прочие дефекты, необходимо сделать вакуум вокруг жидкого олова.
Если процесс охлаждения будет неоднородным, то будет разница в коэффициенте усадки, и здесь тоже может произойти искажение.
Вместо того, чтобы переписать информацию в "быть шаром правильной формы", перерабатывать вещество в форму правильного шара по заданной последовательности — это усовершенствованная тренировка, обучающая точности магического контроля.
Всего было пять установок для экспериментов. Каждому ученику отводилось по 10 минут. За это время нужно написать в редакторе последовательность активации, запрограммировать CAD, запустить магию и завершить эксперимент. Для построения последовательности активации подготовлены составные модули, но ученики могут свободно выбирать, использовать или не использовать их.
Поскольку содержание задания было заранее сообщено, учащиеся подготовили свои последовательности активации заранее. Однако было запрещено приносить их в практический кабинет. Ученики должны создать магию, написав последовательность активации, используя свою память и ум.
Создание последовательности активации в редакторе отображалось на большом экране, свисающем с потолка. Но тогда можно подумать, что это поможет сжульничать другим, подсмотрев, однако школа продумала этот момент, и организовала учеников в порядке, где те, от кого ожидаются наилучшие результаты, идут в конце списка. Даже если попытаться подражать, подглядев чужую последовательность активации, то в результате магия не активируется из-за логического сбоя. Если у кого-то и найдутся навыки, чтобы суметь сымитировать, то идея школы заключалась в том, чтобы оценивать такую способность, как превосходное мастерство.
Тацуя был в самой последней группе. Он наблюдал за действиями одноклассников 45 минут с начала занятия.
Хоть это и не значит, что информация от учеников не была полезной, но он подготовил свою последовательность активации ещё вчера. Теперь, если добавить новые идеи, то может возникнуть какая-нибудь непредвиденная ошибка.
Когда завершилось предъявление металлических шаров, сделанных предыдущей группой (точность готового оловянного шара является наиболее значимой при подсчете баллов), Тацуя направился к установке для эксперимента. Непреднамеренно, он окинул взглядом место проведения ознакомительного занятия. То ли атмосфера была такая, то ли игры разума, но ему казалось, что количество первоклассников постоянно росло.
Электронный сигнал сообщил о начале задания. Если закончить в отведённый срок, то скорость не влияет на оценку, однако, с целью обеспечения справедливости, поскольку установлено ограничение по времени, то редактор заблокирован, пока не прозвучит сигнал.
Тацуя начал, как обычно, вводить последовательность активации, используя лишь клавиатуру. Он особо не спешил.
Он знал, что для сегодняшней задачи установленных десяти минут будет вполне достаточно.
На мониторе перед ним проплывали символьные строки последовательности активации. Та же картинка в реальном времени выводилась на подвешенный под потолком большой дисплей.
Началась небольшая суматоха. Хотя среди новичков и не было неадекватных людей, повысивших голос до громкого, но даже такое поведение нельзя было назвать хорошими манерами. Также среди голосов послышался тихий предупреждающий голос учителя.
К тому же, среди шептавшихся были не только посетившие обзорное занятие новички. Голоса одноклассников также были смешаны с этим шумом. Одноклассники, которые должны были видеть уже много раз, как Тацуя пишет последовательность активации, видимо были искушены поведением первоклассников.
Эти немного спутанные мысли Тацуя тут же выбросил из головы. Исключив ненужную информацию из сознания, он вложил весь этот ресурс в конструирование магии.
Стучащие по клавиатуре пальцы Тацуи остановились. Большой дисплей, контролирующий его установку для эксперимента, показал процесс копирования последовательности активации из редактора в CAD, в виде 3D полосы.
Тацуя был самым быстрым из последней группы из пяти человек в достижении готовности к использованию последовательности активации. Со стороны экспериментальной установки через одну от него, профиль Тацуи сверлила раздраженным взглядом Хиракава Чиаки, но он, полностью игнорируя это, активировал CAD.
Навыки, необходимые для этой задачи (как и для задач Факультета магической инженерии в целом) — это не скорость, не мощность, и не сила вмешательства в событие. А способность с точностью строить сложные последовательности магии.
Конечно, это не означает, что мощность и сила вмешательства совершенно не нужны, но они лишь могут добавить процесс ускорения в последовательность магии. Хотя последовательность магии станет длиннее (не намного), но, поскольку тема задания не во времени активации магии, поэтому дополнительно затраченное время не должно стать проблемой.
Оловянный слиток, лежавший в двух метрах перед Тацуей, взлетел, начал плавиться и терять свою форму. Став жидким, металл тут же принял шарообразную форму. Новички со зрительных мест уставились на этот процесс. Другие четверо из финальной группы уже также перешли на стадию активации магии, но глаза первокурсников были прикованы к образцу Тацуи.
Со стола соседней от Тацуи экспериментальной установки послышался металлический отзвук — это олово, сформированное в сферу, уже вернулось на стол. Первым завершившим магию стал Томицука. Образец Тацуи был ещё в процессе охлаждения.
Даже когда второй человек (Чиаки) закончил, Тацуя не показывал нетерпеливость. Этот эксперимент изначально предполагал, что нельзя ничего менять в середине процесса. После активации магии, ученик, запустивший её, может только смотреть. Тацуя молча смотрел на затвердевающий в вакууме и невесомости металлический шарик.
Завершивший затвердевание оловянный шар вернулся на подставку на столе. Звука падения слышно не было. Это говорило о том, что процесс полностью контролировался магией до тех пор, пока шар не вернулся на стол. Тацуя закончил сегодняшнее задание третьим в последней группе из пяти человек, с оставшимся временем в одну минуту и тридцать секунд.
◊ ◊ ◊
В этом году у класса 3E инструктором по практике опять стала Дженнифер Смит. Практика закончилась до окончания отведённого на занятие времени, и Дженнифер вызвала Тацую в учительскую.
— Шиба-кун ведь также в школьном совете, поэтому буду говорить кратко.
Сейчас почти конец пятого урока. Сразу после этого, после занятий, Тацуя должен будет пойти в комнату школьного совета. Дженнифер это осознавала.
— Хоть ещё рано для этого, но какую тему хотел бы озвучить Шиба-кун на Конкурсе в этом году?
Под Конкурсом имелся в виду "Конкурс диссертаций Национальных школ магии", который проводится в последнее воскресенье октября. В этом году это будет 27 октября. До него ещё очень много времени, а собрание по выбору представителя школы пройдёт только в июне. Поэтому вопрос не был поспешным.
— Я ещё не решил. — Вот почему Тацуя совсем не удивился и ответил так кратко. Он не решил даже, участвовать ли вообще в Конкурсе диссертаций, но сейчас не было нужды об этом упоминать. Хотя с Магитеха уже должны были подать заявку на отборочное собрание, это не означало, что ему можно без проблем отклонить это предложение.
— Вот как? Отлично.
— Отлично?
"Отлично, что не начал подготовку, или что?", — не мог понять суть Тацуя. Его вопрос был вполне обоснованным, хоть он лишь переспросил, непреднамеренно спопугайничав.
Дженнифер не показывала волнения, вероятно, потому, что, в какой-то степени, предсказала, что смысл будет поставлен под сомнение. Было бы хорошо, если бы она подробно объяснила всё с самого начала, однако, у неё, возможно, есть свои планы.
— Да. На самом деле, я могу сказать Шибе-куну.
— Это связано с выбором темы для Конкурса диссертаций?
— Верно.
К этому моменту ожидания Тацуи уже были сокращены до двух вариантов.
Либо попросит выбрать конкретный вопрос, связанный со "Звёздным реактором" (Последовательности магии для реактора термоядерного синтеза с постоянным гравитационным контролем), либо попросит вообще не касаться темы "Звёздного реактора" на Конкурсе.
— Пожалуйста, в качестве темы для Конкурса выбери тему, отличную от "Звёздного реактора".
Ожидание Тацуи сработало на 50%.
— Понял.
Дженнифер посмотрела с подозрением на быстро согласившегося Тацую.
— ...Даже не спросишь причину?
— Я вполне понимаю опасность "Звёздного реактора". Я подумал, что это будет неприемлемой темой для Конкурса.
— Вот как? Видимо, мое вмешательство оказалось излишним.
Фактически, у Тацуи были другие мотивы, но нынешнее объяснение убедило Дженнифер.
Неприемлемо для оглашения на Конкурсе диссертаций. Тацуя на самом деле так считал. Однако не по причине того, что это опасно. "Звёздный реактор" являлся центральным звеном плана по освобождению волшебников, над которым раздумывал Тацуя. Его беспокоило, что могут появиться подражатели и запатентовать раньше него.
— Кстати, похоже, Кэнто-кун перевёлся на Магитех, как и хотел. Хоть и с опозданием, но поздравляю. — В этих словах Тацуи не было глубокого смысла. Он просто хотел сменить тему. К тому же, хоть он и сказал "кстати", но как обладающий полномочиями видеть списки учащихся член школьного совета, Тацуя знал о переводе в Магитех сына Дженнифер, Кэнто, ещё в начале марта, когда появились результаты экзамена по переводу в Магитех.
— Спасибо. — Видимо из-за того, что это коснулось близкого Дженнифер человека, она улыбнулась, утратив свое обычное невозмутимое выражение лица. — Даже в этом году был высокий проходной балл, а в следующем конкуренция ещё сильнее возрастёт.
Эта неожиданная речь Дженнифер содержала незнакомую для Тацуи информацию. Это была просто болтовня, но его любопытство пробудилось.
— Только закончилась церемония поступления, и уже есть признаки этого?
На лице Дженнифер всплыло едва заметное выражение "вот чёрт", видимо это было тем, о чём нельзя сообщать ученикам. Однако она быстро передумала, решив, что "не нужно хранить это в секрете". Она ответила на сомнения Тацуи настолько просто, как могла.