Всё это напомнило Сюй Цину о Истинном Боге, запечатанном в его Лазурных Небесах.
Судьба, в глазах смертных, существует где-то в потустороннем мире, непостижимая и неуловимая.
Даже культиваторы, идущие по пути, бросающему вызов небесам, в большинстве своём в конце жизни вынуждены склонить голову перед судьбой.
Примириться с ней, с горькой улыбкой говоря…
Что они нашли мир с собой.
Это печальная правда жизни, но также и другой смысл существования в этом непостоянном мире.
Невозможно сопротивляться, можно только приспосабливаться.
Но… есть и другие существа, а именно Боги.
Они высокомерны и возвышенны, их уровень жизни превосходит обыденность, и судьба в их глазах не так уж таинственна, и не так уж невозможно взглянуть ей в лицо.
Они могут видеть её следы, могут приподнять завесу, а некоторые даже могут протянуть руку и изменить предопределённое, сделать неизбежное невозможным, а невозможное — неизбежным.
Как некогда в Пятом з...