Отделённость от других людей не была для Тацуи поводом для беспокойства. Предупреждение Якумо не пугало Тацую.
— Разговор закончен.
Казалось, что у Якумо ещё было что сказать. Однако Тодо принудительно прервал это убеждение (для самого Тодо это было вмешательство).
— Ваше превосходительство. С чего конкретно мне лучше начать?
Тацуя тоже не собирался продолжать разговор с Якумо. Поскольку он понял, что Якумо беспокоится за него, то решил избегать ссор, которые могут испортить отношения в будущем.
— Я не собираюсь давать тебе какие-либо конкретные указания. Делай то, что сам считаешь нужным.
Слова Тодо не означали выдачу неограниченных полномочий. Наоборот. Это означало, что Тодо не будет нести ответственность, что бы ни случилось. Ответственность за любые проблемы ляжет на Тацую.
— Я принимаю ваше предложение. — Посчитав это справедливым, Тацуя ответил Тодо.
Закулисные руководители никогда и не брали на себя ответственность в случае каких-либо проблем. Бремя вины всегда ложилось на непосредственных исполнителей. Тодо даже мог об этом не упоминать.
— Хорошо. В таком случае, я также поговорю со своими знакомыми. Это было с пользой проведённое время.
Таким образом Тодо оповестил, что встреча закончена.
— В таком случае, можно ли мне покинуть вас?
— Можешь идти.
Тацуя глубоко поклонился, коснувшись лбом пола, после чего встал. Он сидел на голом полу (татами) с самого начала, подушку для сидения (забутон) ему не предоставили. Держа лицо вниз, чтобы не смотреть на собеседника свысока, Тацуя развернулся спиной к Тодо и вышел.
◊ ◊ ◊
Проводив Тацую до ворот храма, Якумо вернулся обратно. Тодо ждал его уже не в той позе, в которой он принимал Тацую. Якумо заменил Тодо его остывший чай. Подождав, пока Тодо выпьет чай, Якумо сел напротив него.
— И что вы на самом деле думаете об этом разговоре?
Являясь спонсором семьи Йоцуба, Тодо Аоба имел доступ к детальной информации о Тацуе. Невозможно, чтобы Тодо не посмотрел эту информацию. Он также исчерпывающе изучил информацию о Тацуе из внешних источников. Якумо спрашивал о впечатлении от их реальной встречи.
— Он сломан сильнее, чем я ожидал.
Якумо посчитал этот ответ Тодо "интересным".
— Вы были разочарованы?
— Даже если он сломан, это не значит, что его нельзя использовать. Например, даже если у оружия сломан предохранитель, пуля всё равно вылетит, если потянуть спусковой крючок.
— Это зависит от того, как использовать?
— Хотя опасность есть.
Тодо посмотрел в глаза Якумо. Этот мутно-белый левый глаз смотрел прямо в душу Якумо.
— Кажется, что сила взгляда вашего превосходительства не подействовала на него.
— ...Прости. Это было неосознанно.
— Нет, я не возражаю.
Тодо Аоба родом из семьи заклинателей. Если данные о его родословной были правдой, то это была одна из древнейших семей носителей сверхъестественных способностей в Японии.
Но Якумо знал, что Тодо Аоба не может в полной мере использовать свой "глаз", потому что вместо пути оттачивания своего мастерства как заклинателя, тот выбрал путь выполнения обязанностей семьи по контролю над заклинателями. Если он сказал, что это было неосознанно, то это правда, а не оправдание. Якумо легко принял извинения Тодо.
— Как ты и сказал, я не смог заглянуть в глубину души Йоцубы Тацуи. В Йоцубе тоже смогли создать что-то интересное.
— Хотя он получился случайно, но он окончательный "продукт".
Своим ответом Якумо перефразировал выражение, использованное Тодо.
— Верно. — Тодо не смог удержаться от натянутой улыбки. Однако он сразу же вернул серьёзное лицо. — Коконоэ Якумо. Я хочу кое о чём тебя спросить.
— Да, о чём же?
На лице Якумо всё ещё была лёгкая улыбка.
— В экстренном случае, сможешь ли ты своей силой прикончить Йоцубу Тацую?
Однако, услышав вопрос Тодо, Якумо, как и ожидалось, не смог продолжать улыбаться.
— Хм... Исходя из ощущений от испытания, проведённого ранее, я бы сказал, что шансы на победу около 60%. Если включить в подсчёт исход, когда мы вырубим друг друга одновременно[4], то наберётся 70%.
Под "проведённым ранее испытанием" он имел в виду битву на каменных ступенях. Эта злая шутка, похоже, имела такой скрытый смысл.
— Даже со всем твоим мастерством остаётся 30% вероятности уйти ни с чем?
Тодо был неподдельно удивлён. Но ответ Якумо ещё не завершился.
— Нет, оставшиеся 30% означают моё собственное поражение. Битва между этим неумелым монахом и ним не может завершиться побегом.
— ...Ты хочешь сказать, что даже ты, известный, как реинкарнация Касин Кодзи, не сможешь убежать?
— Полгода назад я бы ещё смог убежать... Да, а сейчас вероятность этого лишь те же 60%. Ещё через год этот неумелый монах вообще не будет на это способен.
— Даже так...?
Такой изумлённый вид Тодо, возможно, не показывал ни перед кем, кроме Якумо. Хотя то, что Тодо дал слабину перед Якумо, тоже было из-за того, что он был по-настоящему шокирован.
— Если судить по способностям, превосходящим этого неумелого монаха, то тут нечему удивляться. Среди молодёжи, с которой знаком этот неумелый монах, найдётся лишь один человек, способный ему противостоять. А если смотреть по всему миру, то таких людей не наберется больше, чем пальцев на двух руках.
— ...Настали страшные времена.
— И то верно....Ваше превосходительство, ещё чайку?
— Давай.
Якумо взял чашку у Тодо и отправился к печке. Умелыми движениями он быстро заварил чай, после чего небрежно понёс чашку назад. Старик Тодо так же небрежно, игнорируя правила приличия, поднёс чашку ко рту и медленно отпил.
— Спасибо за угощение.
— Не стоит благодарности.
— Да уж. По какой-то причине, только твои навыки заваривания чая никак не улучшаются.
На бесцеремонные слова Тодо Якумо ответил лишь кривой улыбкой.
— Я ещё приду.
Тодо встал.
— Я вас провожу. — Сказал Якумо, не вставая.
— Не нужно. — Не оборачиваясь, сказал старик Тодо и открыл раздвижную дверь.
◊ ◊ ◊
Когда Тацуя вернулся на виллу в Идзу из храма Кютёдзи, было уже около 10 часов вечера. Сразу по возвращению он направился к видеофону, но он не собирался звонить Майе. Время было уже позднее. Он хотел лишь передать короткое сообщение, что "согласие получено", через Хаяму или его помощника Сиракаву.
— ...Тацуя-сан, ты что-то хотел?
Однако на экране видеофона почему-то внезапно появилась сразу сама Майя. Как будто она ждала телефонного звонка.
— Извиняюсь за позднее время. Я только что вернулся из храма Кютёдзи.
Он рефлекторно ответил неинтересной формальной фразой, но Майя и не ждала от него остроумного ответа.
— Ясно. Хорошая работа. Встретился с его превосходительством?
— Да. Я получил разрешение на проект.
— Ясно... — Майя слегка прищурила глаза и посмотрела на Тацую изучающим взглядом. — И что было потребовано взамен?
По-видимому, Майя тоже с самого начала считала, что для получения поддержки Тодо понадобится дать что-то взамен. То, что она не сказала ему об этом заранее, значило, что она считала, что Тацуя в любом случае сделает это, поэтому реального вреда не будет, и можно особо не волноваться.
— Меня попросили действовать в качестве сдерживающей силы против других стран.
— В таком смысле, что сейчас, когда от Тацуи-сана один за другим все отвернулись, надо официально объявить о себе?
Заблуждение Майи было такое же, как и у Тацуи. Поэтому оно и не вызвало улыбку. Тацуя подумал, что она действительно так считает.
— Нет. Сейчас не нужно официально объявлять. Его превосходительство сказал, что оставляет на меня принятие всех решений.
— Всё на тебя? Вот это да... Это серьёзная ответственность.
Мысли Майи шли по совершенно такому же пути, как и у Тацуи. Было ли это потому, что у неё тоже рациональный процесс мышления, или потому, что Тацуя вообще очень похож на Майю...? Таковы были переживания, происходящие сейчас у Тацуи в дальнем углу сознания.
— ...В любом случае, главное, что согласие его превосходительства было получено. Можешь провести пресс-конференцию, не меняя расписание.
— Большое спасибо.
Майя почувствовала облегчение после того, как было получено согласие Тодо. Тацуя тоже почувствовал облегчение, когда получил выполненное обещание Майи. Переживания, что будешь использован кем-то, кажутся одинаковыми у верхов и низов, когда на вершине, в действительности, стоит кто-то другой.
— Кстати, Тацуя-сан, ты помнишь разговор про Миякидзиму?
Чтобы успеть за внезапно сменившейся темой разговора, Тацуя отбросил все лишние мысли и сосредоточил сознание.
— Это разговор, который был в середине апреля? Когда вы говорили, что будет построен новый исследовательский центр на Миякидзиме?
— Да, я об этом. Я думала частично изменить этот план, чтобы привлечь внимание к заводу из проекта Тацуи-сана.
Тацуя не мог ответить быстро.
— Я обсуждала это также с Хаямой-саном. Я думаю, это самое оптимальное место для проекта Тацуи-сана. Как тебе такое предложение?
— ...Используя слово "привлечь", вы имеете в виду сторонних бизнес-партнёров?
Не показав на лице возникшее чувство настороженности, что всё это кажется слишком удобным для него, Тацуя в первую очередь задал вопрос, который казался безвредным. Услышав вопрос, Майя улыбнулась с довольным выражением лица, будто говорящим "молодец, что заметил".
— При текущих масштабах проекта для его выполнения будет достаточно лишь наших собственных дочерних компаний, но я считаю, что с перспективой на будущее, лучше с самого начала привлекать сторонних помощников.
В этом вопросе Тацуя имел такое же мнение. Если запустить завод лишь с компаниями, связанными с Йоцубой, то высока вероятность, что задействованные там волшебники также будут лишь только из тех, кто находится под покровительством Йоцубы. Тогда это станет не "освобождением волшебников", а лишь "новым проектом Йоцубы".
— Площадь острова небольшая, поэтому, даже если он станет фактически автономным округом, то тех, кто поднимет из этого шум, будет не так уж и много.
С этим мнением Тацуя тоже был согласен. Хотя площадь в 8 квадратных километров, в действительности, была сопоставима с небольшим городом, но тех, кто поднимет шум из-за "восстания мутантов" или "королевства волшебников", будет немного.
— Ну, как тебе такое?
— Думаю, я должен быть благодарен.
— В таком случае, приступаем к выполнению?
— Да. Рассчитываю на вас.
У Тацуи возникло смутное чувство беспокойства, что его план может быть использован для каких-то других целей. Но он убедил себя в том, что нужно уделить первоочередное внимание продвижению проекта.
◊ ◊ ◊
Генеральный директор "Группы Хокузан", Китаяма Ушио ("бизнес имя" — Китаката Ушио), имел большое влияние не только в деловых кругах, но и в политике. Для него не было редкостью проводить встречи с правительством, но при этом в большинстве случаев его график корректировался в соответствии с обстоятельствами, даже если расписание распланировано заранее.
Но в тот день, в последний четверг мая, Китаяма Ушио был совершенно неожиданно для него приглашён в роскошный ресторан в японском стиле.
Он отменил все остальные планы и отправился в этот ресторан потому, что пригласившим партнёром был тот, кого он не мог игнорировать.
Тодо Аоба. Круг людей, знающих имя этого теневого влиятельного человека, был ограничен. В отличие от известных "торговцев влиянием", Тодо Аоба никогда открыто не выходил на сцену. Но те, кто получил преимущества благодаря его имени, осознавали, что его способности не вызывают сомнений.
К счастью, Ушио никогда не угрожал теневой деятельности Тодо. Однако основатель одной стремительно развивающейся компании, которая конкурировала с Ушио, потерял всё своё имущество в результате того, что недооценил влияние Тодо. Он получил длительный тюремный срок за обычное преступление, которое в нормальном случае не могло вызвать таких проблем, а также был лишён права начинать новый бизнес. Ушио считал это очевидной демонстрацией остальным.
— Для меня большая честь быть приглашённым вами.
— Извини, что вызвал так внезапно.
Тодо Аобе было уже за 60, а возраст Китаямы Ушио находился в первой половине пятого десятка. Тон Тодо был немного грубоват, но, учитывая возраст обоих, это не звучало неестественно. Но разница в их отношении отражала не разницу в их возрасте, а различие в типе влияния (политическое влияние и экономическая мощь), которым они владели.
Сначала Тодо и Ушио убили немного времени за обычной светской беседой. Но Тодо Аоба, похоже, не был настолько бестактным, чтобы внезапно вызывать одного из крупнейших бизнесменов страны, чтобы просто поболтать.
Просто он переживал о глазах и ушах обслуживающего их официанта. Заведения, используемые такими людьми как Тодо, не только дорогие, не только предоставляют вкусную еду и напитки, но их сотрудники также идеально соблюдают "правило трёх обезьян" ("не смотри", "не слушай", "не говори"). Возможно, человек, выживший в мире козней и интриг, просто не мог отказаться от лишней бдительности.
— Сегодня я тебя позвал потому... — В конце концов, Тодо начал говорить, когда деликатесы и саке на столе закончились. — ...что я хочу, чтобы ты оказал поддержку бизнесу одного молодого человека.
— Вы имеете в виду, инвестировать в начинающий бизнес этого молодого человека?
Такие запросы не были редкостью для Ушио. Но его это заинтересовало, потому что такой запрос поступил сейчас лично от Тодо.
— И кто же этот удивительный человек, который заслужил внимания вашего святейшего превосходительства?
— Ты уже знаешь этого парня. Его официальное имя из семейного реестра — Шиба Тацуя.
— ...Шиба-кун? — После долгой паузы Ушио смог выговорить только это. Услышать это имя из уст Тодо было совершенно неожиданно для него. — Тогда этот новый бизнес — это что-то связанное с его изобретениями в качестве Тауруса Сильвера? Или же что-то, связанное с термоядерным реактором?
— Второе. Шиба Тацуя пытается освободить волшебников от роли оружия, дав им работу по производству энергии.
— Понял. Считайте, я в деле.
На этот раз ответ был немедленный. Настолько, что даже Тодо немного растерялся.
— Разве тебе не нужно обдумать это?
Даже после этого предложения, в Ушио не было никаких сомнений.
— Ваше превосходительство, должно быть, знает, что мои жена и дочь — тоже волшебники. Моя жена долгое время была вынуждена жить как "оружие", хоть сейчас она уже ушла в отставку.
Конечно, Тодо знал и про Бенио, жену Ушио, и про его дочь Шизуку. Он взглядом призвал продолжить рассказ.
— Но если начнётся война, то не только мою жену, но и мою дочь отправят на поле боя. Если дело дойдёт до полномасштабной войны, то волшебников, бесполезных на производстве, могут заставить стать боевой силой. Я этого боюсь.
— Но если говорить о пользе, помимо войны, то ещё ведь есть проект, анонсированный Соединёнными Штатами.
Естественно, Тодо на самом деле не предлагал сотрудничать с "Проектом Диона". Эти слова были предназначены, чтобы понять насколько Ушио серьёзен в своём заявлении.
— Я не хочу приносить в жертву своих жену и дочь. Это ужаснее, чем принудительное военное использование.
— Ого. Почему ты так думаешь?
Этот вопрос был уже не проверкой Ушио, он исходил из настоящего любопытства.
— Суть "Проекта Диона" — в изгнании волшебников в космос. Я не знаю, является ли это волей Америки, интригой Эдварда Кларка, или же сделано по какой-то ещё причине, но, кажется, они хотят изгнать Шибу-куна с Земли. Но ущерб понесёт не только он один. Если проект будет запущен, то вовлечённые в него волшебники больше не смогут жить на Земле. Земля перестанет быть их домом. Вот такой это проект.
Ответ Ушио совпадал с выводом, который сделал Тацуя. И скорее всего, Ушио и Тацуя не являются исключениями. Вероятно, существует немало людей, пришедших к подобным умозаключениям, приоткрыв завесу сказки, окутывающую этот проект.
— Верно.
Честно говоря, Тодо тоже заметил скрытую цель "Проекта Диона".
— С другой стороны, согласно проекту Шибы Тацуи, область, где волшебники будут чувствовать себя как дома, будет только расширяться. Производство энергии необходимо даже в военное время. Даже наоборот, его важность возрастёт. Когда завод Шибы Тацуи будет включён в государственную систему энергоснабжения, они не будут совершать такие глупости, как выбрасывание волшебников на фронт, вызывая нехватку энергии. Хорошо продумано.
И Тодо больше всего ценил "Проект ESCAPES" Тацуи за создание компромиссной связи между поставкой боевой силы и поставкой энергии, что создаст ситуацию, когда станет невозможно использовать волшебников в качестве оружия.
С точки зрения национальной обороны это неприемлемая ситуация. Но если бы всё закончилось только на этом, то именно по этой причине Тодо уничтожил бы проект Тацуи.
Но Тацуя согласился стать сдерживающей силой.
Хотя ещё было не ясно, родится ли в следующем поколении кто-то, сравнимый с Тацуей, чтобы быть сдерживающей силой, но в то время пусть это заботит властителей того времени. Поскольку Тодо жил в настоящем, он взял на себя ответственность за настоящее. Он не переоценивал себя настолько, чтобы нести ответственность ещё и за будущее.
— Согласен.
Ушио не особо волновала нехватка боевой силы волшебников. Он не был политиком. Он считал, что если отсутствует магическая боевая сила, то её можно компенсировать обычной боевой силой. Его компания не занималась оружием, но если бы возникла такая необходимость для защиты семьи, то он без всяких сомнений начал бы полномасштабное вступление своей компании в военную промышленность.
— Не могли бы вы рассказать мне подробнее о проекте Шибы-куна?
Проект Тацуи соответствовал его интересам. Ушио решил пойти ему навстречу. Обычно всегда, когда дело касалось его семьи, его мышление притуплялось подозрительностью. Однако в таких вопросах Тодо не собирался его обманывать, и это не должно стать проблемой.
— Подробности спросишь у него самого.
Но теперь он не мог отрицать, что перестарался в своих сомнениях.
— Действительно. Извините за грубость.
Осознав это, Ушио искренне поклонился. Остудив свою голову, он направил своё сознание на то, что он действительно должен был проверить здесь.
— Ваше превосходительство. Я хотел спросить у вас кое о чём.
— О чём?
— Какова позиция правительства в отношении его проекта?
В настоящее время весь мир приветствует "Проект Диона". Нет ни одной страны, которая официально заняла протестующую позицию. Он боялся, что запуск плана, противостоящего "Проекту Диона", могут расценить, как дипломатически отрицательное явление. Тодо Аоба тоже хорошо это понимал.
— Японское правительство не вмешается.
Он чётко дал понять свою позицию, сказав это.
Та же магия иллюзий, просто, видимо, термин из древней магии.
Автор использует термин из кэндо, означающий ничью при одновременных ударах. Как я понял, Якумо имеет в виду, что дополнительные 10% наберутся, если он будет стараться завалить Тацую ценой собственной жизни.